Поморский голубь

Наверное, уже в каждом российском доме кружит под потолком щепная "птица счастья", приобретенная в одной из поездок или подаренная друзьями. Однако немногие знают о ее подлинном происхождении: сувенир как раз в силу своей популярности давно утратил географическую идентификацию. Производители и торговцы утверждают, что это, мол, наше – тамбовское, вологодское, ивановское и так далее – фирменное региональное изделие. И лишь иногда кто-то вспомнит, что эту птичку вроде бы придумали "где-то на Севере".

Эксперты утверждают, что обезличивание "поморского голубка" – таково истинное название деревянной птицы – началось еще в 70-х годах прошлого века, когда архангельское предприятие "Беломорские узоры" стало массово производить традиционную деревянную птицу как "северный сувенир". Тогда же возникло название "северная щепная птица" (заметьте: не "поморская", а просто "северная") и была выдумана легенда о том, что сувенир якобы приносит счастье его обладателям (отсюда еще одно распространенное сегодня название – "птица счастья"). Нехитрый маркетинговый ход удался – на протяжении нескольких лет подряд интерес к необычному "северному сувениру" был огромен, и он быстро разошелся по всей огромной стране.

За сравнительно короткий срок производство деревянной "птицы счастья" было освоено ремесленниками во многих регионах и осуществляется сейчас не только в России, но и на Украине, в Белоруссии и даже в Литве. Производители сегодня понятия не имеют о том, что этот сувенир изначально связан с Архангельской областью, Поморьем. Во Львове, например, "птицу счастья" продают туристам как сувенир из Карпат, в Норвегии – как русский сувенир, столь же универсальный, как и русская матрешка.

Однако и некоторые ученые-архангелогородцы сомневаются в поморских корнях симпатичной пташки. Так, например, высказывается предположение, что "птица счастья" не является отечественным изобретением, а была ввезена в Россию, как и русская тальянка (итальянская гармоника) и японская деревянная кукла – прообраз матрешки, которые стали подлинно русскими предметами народного быта и сувенирами. Приверженцы этой теории полагают, что поморы позаимствовали деревянного голубя у французов. Действительно, во Франции есть деревушка Абонданс, где щепная птица счастья –точная копия "поморского голубка" –даже является ее эмблемой! Но кто у кого позаимствовал этот образ –вопрос открытый и очень любопытный. Целому ряду серьезных исследователей зарубежная версия происхождения щепного поморского голубя кажется просто немыслимой. И они приводят убедительные свидетельства обратного. Причем многочисленные.

У этнографов позапрошлого – начала прошлого столетий описание поморского голубя встречается неоднократно. Согласно одному из них в XIX веке подвешенная к потолку щепная птичка была непременным атрибутом поморского дома. Таких голубков делали поморские старообрядцы в своих скитах, а также мурманские промышленники. И хотя нередко речь идет о том, что деревянных птичек подвешивали к потолку "ради украшения", все же изготовление щепного голубя увязывалось с этническими верованиями поморов. Не случайно поморского щепного голубка обычно подвешивали в комнате с иконами: голубь –это символ Святого Духа, и к тому же образ тесно связан с морской религиозной тематикой. Вспомним, что именно голубь стал связующим звеном между заплутавшим во время Всемирного потопа ковчегом Ноя и берегом. В подтверждение этой версии говорит то, что нередко рядом с щепным голубком поморы подвешивали под потолок небольшую и очень точную модель своего судна. Таким образом, очевидно, что в верованиях поморов подвешенный к потолку деревянный голубок символизировал незримую связь судна и родного берега.

"Птица счастья" издревле была хранительницей семейного счастья и благополучия у русских людей. Изготавливается этот оберег обязательно из дерева (ель, пихта, сибирский кедр), поскольку дерево – самое энергоемкое растение на земле. Энергия дерева помогает занести в ваш дом вместе с оберегом положительную энергетику. Образ птицы – это образ посредника между нашим земным миром и небом, где существует покой и истинное счастье, к которому мы все стремимся. Такой оберег раньше висел в каждом доме, размещали его обычно под потолком в прихожей, чтобы каждый входящий прошел под ним. Оберег забирает все отрицательное, с чем человек может прийти в дом, пропуская только хорошее. Тогда в доме нет предрасположенности к скандалам, и все относятся друг к другу добрее.

Церковь также благосклонно относится к деревянной птице. Ее подвешивают в храмах над царскими вратами: ведь само тело птицы напоминает крест –библейский символ. Из одного бруска вырезают туловище и голову, из другого – крылья. Но вернемся к происхождению. В конце 20-х годов прошлого века молодой питерский этнограф Нина Гаген-Торн в своем рассказе "Путь к Северу" дает такое описание "птицы счастья": "Покачивались на шнурочках резанные из тонких стружек птицы. Одна, распустив разноцветный хвост, повернула голову к морю; другая, с девичьим лицом и в высокой короне, смотрела в комнату, сложив на груди ярко-синие крылья".

Описания щепного поморского голубя как непременного атрибута поморского дома встречаются не только у отечественных этнографов, но и у известных писателей. Например у Михаила Пришвина, в его путевых записках по Северу России и Норвегии "За волшебным колобком". "Я в чистой комнате зажиточного помора, – пишет он в своем рассказе "У Марьи Моревны". – Посреди нее свешивается вырезанный из дерева, окрашенный в сизую краску голубок". Любопытно, что согласно этому описанию мы узнаем, что в начале XX века щепных птиц раскрашивали в синий цвет. Далее Пришвин акцентирует внимание читателя на связи голубя и моря: "Наш ковчег плывет в тишине… Хорошо бы теперь выпустить голубя! Быть может, он принесет зеленую ветвь". Одним словом, даже нашего небольшого исследования достаточно, чтобы понять: никакая это не "птица счастья", а поморский старообрядческий "голубок" – артефакт этнических и религиозных верований поморов. И счастье он может принести, наверное, только тому, кто по-настоящему уважает и понимает культуру Поморья.